Мацес: истории, рассказанные Дашé - Андрей Матусовский

к мужчине в малоку пришли другие мацес. И как только он угостил их чичей, полученной от Луны, у всех гостей: у мужчин, женщин и детей – выросли длинные носы. Тогда мужчина отрезал им длинные носы, и с тех пор у всех мацес нормальные носы.

История уангано и мужчины, рассказанная Туми, братом Шавы

Группа людей решила отправиться в лес за мясом (мацес так и говорят об охоте: «В лесу мы ищем мясо»).

Рано утром они покинули малоку и вскоре прибыли на кебрадо (небольшую речку).

Они разбили тамбо (охотничий лагерь). Вдруг рядом с тамбо люди услышали пение.

На следующий день мужчины отправились на охоту, а их жены с сыновьями остались в тамбо на берегу кебрадо.

В середине дня одна из женщин, находившаяся в тамбо, услышала какой-то шум. «Что это за звуки, откуда они раздаются?» – спросила она. Другая женщина ответила ей, что этот шум издают уангано. Судя по звуку, уангано направлялись к лагерю.

Женщины забрались повыше на деревья, но одна из женщин забыла своего сына на земле.

Уангано вошли в тамбо и забрали с собой маленького сына женщины.

Уангано ушли, а женщина, спустившись вниз, стала искать своего сына, но так и не нашла его.

Женщина рассказала вернувшемуся из леса с охоты мужу, что его сына похитили уангано, приходившие в тамбо.

Стрелы хранят, воткнув их острием в кровлю малоки

Копье мацес

Острие копья мацес

Узнав об этом, мужчина попытался догнать уангано, но не смог этого сделать. Он вернулся обратно в тамбо на берегу кебрадо, затем он отправился в малоку и поведал людям о случившемся.

Месяц спустя мужчина охотился в лесу, в том месте, где пропал его сын. Около старого тамбо он обнаружил следы уангано.

Вернувшись обратно в малоку, отец похищенного мальчика рассказал об этом другим мужчинам. Он выбрал среди них пятерых самых лучших охотников, чтобы вместе с ними отыскать своего сына.

Охотники направились по следам уангано и вскоре их настигли. Часть уангано были убиты; среди оставшихся в живых уангано мужчины высматривали мальчика, чтобы выхватить его. Один из них увидел мальчика среди двигавшихся уангано.

Мацес продолжали преследовать уангано, стараясь выхватить мальчика. Один из них изловчился и схватил мальчика. Он тут же забрался с ним на высокое дерево, чтобы уангано не могли их достать. Уангано долго стояли под деревом; наконец, смирившись с потерей, они ушли.

Мальчик вернулся в малоку к людям и стал опытным охотником. Когда отец дал ему свою стрелу, он начал сам убивать уангано, на охоте он использовал все виды оружия. И мальчик смог заново привыкнуть к своему отцу.

Другой Туми не знает песен и мифов мацес; мало их знает и Шава. Это весьма странно, так как его брат говорит, что все эти истории он узнал от своего отца. Если у Туми и Шавы общий отец, почему тогда один брат знает мифологию мацес, а другой – почти нет? Также непонятно, обучает ли Туми, брат Шавы, кого-либо из молодых мифам мацес; во всяком случае, в Буэн-Перу и Ремояку мне не встречалось людей, хорошо знавших мифы и истории своего народа. Пасай и Шава уточняют, что мифы мацес знают учителя мацес, живущие и работающие в современных поселках.

В свою очередь, мацес расспрашивают меня, женат ли я, есть ли у меня дети, о моих родителях, о моей семье; им интересна эта информация.

Туми, брат Шавы, говорит, что для охоты лучше лук и стрелы, чем ружье, поскольку стреляя из лука, охотник не распугивает дичь при промахе. С луком и стрелами мацес охотятся даже на тапира. Раньше лук и стрелы также использовались во время военных стычек. Тетиву лука натягивают большим пальцем, а стрелу придерживают указательным.

Утром я отправился на охоту с двумя стариками – Туми и Шавой. На лодке мы собираемся плыть вверх по Лобояку до определенного места – кольпы (так в Перуанской Амазонии называют участки леса, где на поверхность выходят солоноватые почвы, нравящиеся диким животным), – в котором у мацес проложена охотничья тропа. К нам в лодку садятся также Даси, Арина и Ныка из Ремояку – внук Туми, брата Шавы. Они собираются порыбачить, пока взрослые будут охотиться в лесу. На охоту оба Туми взяли луки и стрелы, а Шава – ружье.

Кольпа находилась в нескольких километрах от малоки. Дойдя до определенного приметного для мацес места, мы оставили лодку с детьми, а сами углубились в джунгли. Тут у мацес от берега реки была проложена узкая охотничья тропа, проходившая по кругу по окрестным холмам. Как только мы оказались в лесу, мацес приступили к делу: низко пригибаясь, они вглядывались в землю. Вот Туми, брат Шавы, указал мне на след тапира, которого я сам, конечно же, никогда бы не заметил среди лежащей прелой коричневой листвы. Затем он провел пальцами по листу, свисающему над тропой, лизнул его, пробуя на вкус, как собака принюхался к соседнему с листом стебельку. Повсюду попадались следы диких животных: пекари, тапира, каких-то копытных, – но самих зверей не было видно. Но сегодня, решили мацес, мы ищем карачупу (так в Перу называют броненосца). Местность была холмистой, заросшей густым лесом. Охотники в поисках норы карачупы свернули с протоптанной тропы и теперь шли напрямую через джунгли, постоянно то спускаясь, то поднимаясь на очередную возвышенность, то двигаясь по извилистому руслу лесного ручья. Там, где благополучно прошли оба Туми, я несколько раз нерасторопно проваливался в ил. В условиях высокой влажности и температуры я с большим трудом поспевал за двумя энергичными семидесятилетними стариками. Шава, взяв след не то пекари, не то тапира, давно исчез в густом подлеске, и его не было видно и слышно. Не знаю, какое расстояние я прошел со стариками Туми, наверное совсем немного, – как вдруг они нашли нору броненосца и стали ее разрывать. Однако, через некоторое время поняв, что в норе никого нет, охотники оставили эту затею и мы вновь двинулись по пересеченной местности. Вскоре я совсем выбился из сил и от усталости и обезвоживания даже перестал понимать, зачем мы выбираем такую сложную и тяжелую дорогу, идя напролом через джунгли. Когда я в какой-то момент, не выдержав, спросил об этом Туми, брата Шавы, он деловито мне ответил: «Так мы ищем мясо».

Мы отправились на охоту

Традиционные нарукавники мацес

Череп агути, висящий в малоке

Кане несет добытого охотниками броненосца в малоку

Первичная обработка: тушку кладут на угли костра

Гамак висит вблизи костра – можно лежа смотреть за приготовлением пищи

Часто еду готовят, завернув ее в свежие листья; кулечки кладут на угли

Веер для раздувания огня

Я решил сделать привал. Попросил Туми, брата Шавы, найти лиану, в которой содержится питьевая вода; он сказал: «Хорошо», прислонил к стволу дерева лук со стрелами и исчез в лесу. Другой Туми тоже меня покинул и растворился среди деревьев. Я остался один посреди джунглей, обессилевший, уставший, сидел на поваленном бревне. Так прошло больше 20 минут, но Туми так и не появлялся. Я призывно засвистел, как это делали мацес, сверяясь с местонахождением друг друга в лесу; никто мне не ответил. Тогда я закричал; тоже тишина. Прошло еще несколько долгих минут; наконец где-то позади меня раздался шорох и из кустов выскочил взволнованный Туми, брат Шавы. Он быстро подбежал к оставленным луку и стрелам, схватил их и так же